Популярное деньнеделя месяц
Архив материалов
Духовные скрепы
14.02.2016 14:05

Патриарх и Папа: первый братский поцелуй за тысячу лет

Сюжет
Кирилл Фролов: Православные патриоты должны сплотиться вокруг Патриарха
Кто помогает Церкви очиститься от неправомыслия?
весь сюжет

Встреча первоиерархов Русской Православной и Католической Церквей на Кубе подается многими СМИ как «историческая» и «эпохальная». Сейчас, оценивая ее итоги с позиции духовной и политической безопасности России, следует отметить другое – при всем внешнем позитиве и желании создать консолидирующий эффект – в реальности было бы лучше ее избежать. Негативные последствия не заставят себя долго ждать, потому что из принятой по итогам встречи декларации можно сделать грустный вывод: руководство РПЦ предает забвению святоотеческое предание и поднимает знамя экуменизма.

Большинство православных наверняка до сих пор не осознали, что же произошло 12 февраля в международном аэропорту Гаваны. Обстановка секретности и выбор даты переговоров якобы в последний момент запутали многих, хотя обложка январского номера The Economist свидетельствует – договоренности все-таки были достигнуты заранее, с достаточным запасом времени.

Завеса тайны не сильно приоткрылась и после того, как Патриарх Русской Церкви и правитель Ватикана поприветствовали друг друга троекратным братским поцелуем. Из короткой публичной части, снимавшейся на камеры, было понятно только, что Кирилл и Франциск беседуют вполголоса, да еще и звук намеренно передавался нечетко – за исключением отдельных слов ничего не разобрать. Что до текста декларации, то до момента ее подписания мирянам и клиру (за исключением непосредственных организаторов межконфессионального диалога из Отдела внешних церковных связей РПЦ) также приходилось оставаться в неведении.

Папа Римский, считающийся инославными наместником Бога на земле, может позволить себе такое самоуправство, но почему же его поддержал наш Предстоятель? Вместо соборного обсуждения и соборного решения община самой многочисленной православной Церкви оказалась статистом, мнение которого архипастырям не интересно. Точнее, они очень даже опасались мнения общины, если в разных формах заявляли: вероучительные вопросы на встрече обсуждаться не будут. И здесь вышла несостыковка – в завершающей части встречи Франциск вдруг уверенно произнес: «Мы имеем ту же самую веру». Желающих что-то ему возразить не оказалось…

В официальном совместном заявлении Папы и Патриарха стороны также названы «братьями по вере». И раз уж мы уже перешли к тексту документа, обратим также внимание на пункт 26, посвященный умиротворению украинских горячих точек: «Призываем наши Церкви на Украине трудиться для достижения общественного согласия, воздерживаться от участия в противоборстве и не поддерживать дальнейшее развитие конфликта». Мы не ослышались и не обознались – речь идет именно о двух Церквах, что подтверждается словами митрополита Волоколамского Илариона в преддверии мероприятия: «Мы стремимся к полной нормализации отношений между двумя Церквами». Как объяснить эти утверждения, если канон «Символа веры» четко постановляет веровать «в Единую Святую Апостольскую Церковь»? Единую, значит, единственную истинную, для других конфессий обычно используется слово «инославие». Но в нашем случае речь идет минимум о двух, равноправных (как понимаем из контекста) Церквах. Или у владыки какое-то свое, сугубо личное восприятие «Символа веры»?

«Осознавая многочисленные препятствия, которые предстоит преодолеть, мы надеемся, что наша встреча внесет вклад в дело достижения того богозаповеданного единства, о котором молился Христос», – очевидно, Сын Божий никак не мог молиться за единение православных и католиков, потому что в его время в Церкви попросту не было никакого раскола.

«Мы скорбим об утрате единства, ставшей следствием человеческой слабости и греховности, произошедшей вопреки Первосвященнической молитве Христа Спасителя», – еще одна размытая фраза, которую можно трактовать по-разному. В том числе, и таким образом, что человеческую слабость и греховность проявил Патриарх Константинопольский Михаил в 1054 году, предавший католиков ответной анафеме.

Впрочем, можно проследить, как относились к католикам святые отцы Православной Церкви в разные эпохи. Святой Фотий, Патриарх Константинопольский (9 в.): «Кто бы не стал закрывать свои уши, чтобы слушать это чрезмерное богохульство («филиокве» – веру католиков в то, что святой дух исходит не только от Бога-отца, но и от Бога-сына – прим. ред.), которое противно Евангелию, противоречит святым Соборам, отвергает блаженных и святых Отцов. …поскольку они упорствуют в своих многообразных заблуждениях, мы их исключаем от всякой христианской общности, только по причине хулы на Святого Духа… и этого достаточно, чтобы возложить на них бесчисленные анафемы… чтобы мы отделили от тела Церкви гангрену хулы…»

Святитель Григорий Палама (14 в.): «Мы не примем вас в общение до тех пор, пока вы будете говорить, что Дух Святой исходит и от Сына». «Латинян не могут даже ангелы (небесные умные силы) сдвинуть и побудить принять лекарство против ложного исповедания».

Святитель Феофан Затворник (конец 19 в.): «Была одна Церковь на земле с единою верою. Но пришло искушение – папа со своими увлекся своемудрием и отпал от единой Церкви и веры». «Церквами христианскими, как тебе, конечно, известно, именуются, кроме Православной нашей Церкви, церковь латинская и многие христианские общества протестантские. Но ни латинской церкви, ни тем паче протестантских общин не следует признавать истинными Христовыми Церквами – потому что они несообразны с Апостольским Церкви Божией устроением».

Можно приводить еще много подобных цитат святителей, преподобных и праведных Православия, однозначно высказывавшихся относительно апостольской преемственности Ватикана. На самом деле, помимо «филиокве», папского примата, учения о непорочном зачатии Богородицы, учения о тварности Божественной благодати за минувшее тысячелетие у православных и католиков накопилось еще множество расхождений в литургии, обрядово-догматических расхождений и т.д. Огромное количество католических святых, живших после схизмы, не почитаются таковыми Православной Церковью. Отдельной больной темой является униатство и прозелитизм католических орденов на исторических территориях Восточной Церкви (справедливости ради надо отметить, что Православие также перекрещивает католиков, призывает их переходить в свое лоно).

Произошедшая встреча и совместная декларация Патриарха и Папы Римского стали результатом последовательной обновленческой, экуменической политики РПЦ, во многом игнорирующей заветы Святых Отцов. Когда митрополит Волоколамский Иларион в 2011 году возглавил Синодальную библейско-богословскую комиссию, в его руках сосредоточилась как теологическая, так и политическая власть (также он председательствует в ОВСЦ). С этого момента команде православных реформаторов стало гораздо легче подменять традиционную веру и историческую память русского народа, превращая в нашем сознании католицизм из злейшего врага православия в «дорогого брата». Для своих целей экуменисты ввели богословский термин «теологумен», означающий «частное мнение», начали искать ошибки и противоречия в святоотеческом предании.  

Апофеозом двусмысленного толкования, настоящим манифестом экуменизма, определяющим всю нынешнюю внешнюю политику Православной Церкви, стал проект документа Всеправославного собора, принятый V Всеправославным предсоборным совещанием в Шамбези, под названием «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром». Очевидно, патриарх Кирилл, равно как и Архиерейский собор, полностью удовлетворен утвержденным текстом. Приведем несколько выдержек, дающих исчерпывающее представление о его сути:

1. Непрестанно молясь «о соединении всех», Православная Церковь всегда развивала диалог с отделенными от нее, ближними и дальними, первенствовала в поиске путей и способов восстановления единства верующих во Христа, принимала участие в экуменическом движении с момента его появления, и вносила свой вклад в его формирование и дальнейшее развитие. 

2. Исходя из богословских и пастырских соображений, она благожелательно и положительно смотрела на диалог с различными христианскими церквами и конфессиями и на участие в экуменическом движении новейших времен вообще, веря, что таким образом она несет активное свидетельство о полноте Христовой истины и о своих духовных сокровищах тем, кто находится вне ее, преследуя объективную цель — подготовить путь к единству.

3. Одним из главных органов в истории экуменического движения стал Всемирный Совет Церквей (ВСЦ). Некоторые Православные Церкви были среди его учредителей, а затем все они стали его членами. Как сформировавшийся межхристианский орган, ВСЦ, так же как и другие межхристианские организации и региональные органы, такие как Конференция Европейских Церквей (КЕЦ) и Совет Ближневосточных Церквей, несмотря на то, что включают в свой состав не все христианские церкви и конфессии, исполняют важную задачу в деле продвижения единства христианского мира.

4. Православная Церковь считает, что любые попытки разделить единство Церкви, предпринимаемые отдельными лицами и группами под предлогом якобы охранения или защиты истинного Православия, подлежат осуждению. Как свидетельствует вся жизнь Православной Церкви, сохранение истинной православной веры возможно только благодаря соборному строю, который издревле представлял компетентный и высший критерий Церкви в вопросах веры.

Первые три приведенных выше тезиса являют собой экуменическую оду с типичной риторикой разделения еретиков на «ближних и дальних», необходимости ведения с ними постоянного диалога, а далее превозносит такую сомнительную с точки зрения Православия организацию, как Всемирный Совет Церквей. Вообще надо заметить, что многие пункты этого документа жестко регламентируют работу всех Поместных Церквей, по сути, называют их долгом участие во всех богословских диалогах «до победного конца» (т.е. до того результата, который необходим выпускнику экуменического института Рокфеллера, Константинопольскому Патриарху Варфоломею – прим. ред.).

Самые большие опасения внушает откровенно охранительный четвертый пункт, который призывает бороться с представителями паствы или клира, которым вдруг вздумается назвать все происходящее ныне в Православии обновленческой ересью, не имеющей ничего общего с Евангелием и заветами Отцов Церкви. Под «попытками разделить единство Церкви», очевидно, подразумеваются выступления против попыток единения с протестантами и католиками на размытых, экуменических основаниях, а также противодействие внутриправославным реформам. Казалось бы, в наш секулярный век Церкви следует в первую очередь осуждать любые попытки изменения апостольской традиции, а не бороться с чересчур усердными ревнителями веры, но акценты, как видим, намеренно смещены в другую сторону.

Скажем пару слов и о Всемирном Совете Церквей, которому на Всеправославном соборе, судя по тексту документа, будет дана в целом весьма положительная характеристика. Вообще, экуменическое движение в его нынешнем виде (особенно интересно, что участие в нем Православной церкви «с момента появления» отмечается чуть ли не как великое достижение) зародилось во второй половине 19 в. с созданием сэром Джорджем Уильямсом международной Юношеской христианской организации (ИМКА). Одной из главных ее задач постулируется «достижение единства христиан». В начале 20 в. на Всемирной миссионерской конференции в Эдинбурге, инициированной ИМКА, впервые используется термин «экуменизм». Затем создаются Мировой христианский совет жизни и труда и Мировая конференция о вере и порядке, которые позднее объединяются во Всемирный Совет Церквей. Главным вдохновителем всех первых экуменических конференций являлся генеральный секретарь ИМКА, влиятельный масон Джон Мотт.

Вот что говорил об экуменизме архиепископ Серафим (Соболев), в этом году решением Архиерейского собора причисленный к лику святых:

«Нет ничего удивительного, что на Стокгольмской экуменической конференции, бывшей в 1945 году, и Лозаннской экуменической конференции в 1927 году 80% участников были членами масонской организации ИМКА, руководимой тем же доктором Джоном Моттом. Отсюда понятно, кто стоит за экуменическим движением. За ним стоят исконные враги Православной Церкви – масоны. Экуменизм – это общее наименование псевдохристианств, лжецерквей Западной Европы. В нем находится сердце всех европейских гуманизмов во главе с Папизмом. Все эти лжехристианства являются ничем иным, как некой ересью, примыкающей к другой ереси. Ее общее евангельское имя – это всеересь».

Схожее мнение на Архиерейском соборе РПЦЗ высказал будущий митрополит Виталий (Устинов):

«ИВКА (аналогичная ИМКА христианская организация для девушек – прим. ред.) и скаутизм, созданные и организованные масонством, приготовили целые поколения людей с особым дехристианизированным мировоззрением, благодаря которому и мог возникнуть Всемирный Совет Церквей, который фактически величает себя истинной Церковью».

Поразительно, как в лучших традициях двоемыслия архиереи РПЦ канонизировали владыку Серафима, но одновременно согласились с тем, что масонская всеересь становится неотъемлемой частью доктрины Православной Церкви, что и будет официально закреплено на Всеправославном соборе.

***

Но вернемся к встрече Патриарха и Папы. Устремления Кирилла, желающего реализовать несбывшуюся мечту его духовного отца митрополита Никодима (Ротова), который целовал туфлю понтифика и причащал в Риме католиков на православной литургии, сейчас просматриваются довольно четко. А что же выиграл от этой встречи Франциск, почему Ватикан так долго ее планировал и тщательно продумывал проект подписанной декларации? Отвечая на этот вопрос, придется немного погрузиться в конспирологию. Впрочем, приводимые ниже факты хорошо проверяются, так что будет опрометчиво считать их простыми домыслами.

В 1962-65 гг. католики провели Второй Ватиканский собор, утвердив в качестве своей генеральной линии экуменизм. Собор снял все обвинения с иудеев за осуждение и распятие Христа и заявил, что они и после богоубийства остаются «избранным народом». Как отмечает ученый Олег Платонов, «решения Второго Ватиканского собора резко ускорили иудизацию католичества, тенденция продолжилась после восшествия на престол Иоанна Павла Второго…» В 1969 г. Папа Павел Шестой официально посетил Всемирный Совет Церквей в Женеве и выразил высокую оценку его взаимодействию с Ватиканом. 

В 1983 г. Иоанн Павел Второй полностью отменил запрещение католикам вступать в масонские ложи и сам вошел в одну из итальянских лож. Он также принимал участие в секретных заседаниях Трехсторонней комиссии вместе с Дэвидом Рокфеллером и земляком Збигневом Бжезинским.

В 1986 г. Иоанн Павел Второй посетил главную синагогу Рима, где приветствовал раввинов словами: «Вы – наши старшие братья!» «В начале 1990-х годов Иоанн Павел Второй ставит последнюю точку в истории существования католицизма как христианской конфессии. Из всех официальных документов исключается любое упоминание об убийстве Христа иудеями, о надругательствах «сынов дьявола» над Спасителем. Кощунственно пересматривается сама Библия, из которой рекомендуется исключить все слова Христа против иудеев и другие «неудобные для евреев места». Католицизм потерял последние остатки Благодати и превратился в муляж Христовой Церкви, вместилище сатанизма, вражды против истинного христианства...», - отмечает Олег Платонов.

После искажения христианского учения и таинств у Ватикана еще оставалась в запасе консервативная этика, но с приходом иезуита Франциска она также сошла на нет. Новый Папа призвал единоверцев изменить угол зрения и стать «более доброжелательными и менее предубежденными к тем, кто мыслит и живет не так, как большинство». «Мы не можем постоянно говорить о вопросах абортов, гей-браков и методов контрацепции, мы должны найти баланс и стать в этом отношении более терпимой и гибкой структурой. Кто я такой, чтобы осуждать гомосексуалиста доброй воли, который ищет путь к Господу», – заявил Франциск на одной из проповедей.

Не будем забывать, что понтификат – это не только религиозное, но и, прежде всего, политическое объединение, которое давно работает в интересах глобализма. Создана Всемирная молитвенная сеть Папы Римского, послания которой недвусмысленно намекают на то, что Ватикан готов взять на себя роль центра новой единой мировой религии. Так, в соборе им. Игнатия Лойолы в центре Рима размещен уменьшенный макет «храма объединенных религий», вокруг которого расположены копии различных культовых сооружений, в том числе – копия Собора Василия Блаженного.

Вот так, с братскими поцелуями и признаниями в единой вере первоиерархов православия и католицизма, наша многострадальная Церковь ввергается в очередную смутную эпоху. Социально-политическая функция православия также очень значима, религиозный суверенитет, помимо прочего, тесно связан с вопросом единства нации и национальной безопасности России. Однако наши первосвященники, похоже, абсолютно сознательно продолжают гнуть экуменическую линию. На сайте Московской Патриархии Франциск называется «Святейшим», а его имя ставится в очередности впереди Кирилла. А главное, что в завершение этого спешно оформленного, но долго готовившегося мероприятия Папа Римский вручил Патриарху потир – чашу для причастия.

Более символический подарок сделать было невозможно – таким образом Ватикан предложил Москве полное возобновление евхаристического общения. При этом православные должны брать вино из католической чаши, а понтифик, естественно, никогда не откажется от своего примата в христианском мире. Вот так римско-католическая церковь заочно взяла над нами шефство. Вероятно, духовенство и миряне не смогут долго молчать, наблюдая, куда несется поезд Русской Православной Церкви…

Иван Ваганов

 
 
 
 

E-mail рассылка

Подпишитесь на E-mail рассылку от "Колокола России"